Британское издание DailyMail опубликовало шокирующие данные. Треть всех детей в Великобритании, изъятых органами опеки, так и останется жить в детских домах. Многих из них ждет преступная жизнь.

Перевод осуществлен переводческой артелью «Северная коза»

Треть всех детей, отобранных социальными работниками в систему опеки, никогда не найдут любящую семью

Как показывают последние шокирующие данные, треть всех детей, которых социальные работники забрали в приюты, так и не будет помещена в стабильные любящие семьи, а приёмных родителей найдёт, вероятно, только пятая часть.

За последние 10 лет только две трети детей, изъятых из своих семей из-за небрежного или жестокого обращения, включая 10 тысяч в прошлом году, вернулись к своим родителям, в семьи родственников, друзей или попали в приёмные семьи.

Они провели своё детство в учреждениях системы опеки, находясь в детских домах или в часто меняющихся патронатных семьях. Многих после прекращения надзора социальных работников в конечном итоге ждет преступная жизнь.

Между тем, количество детей, нашедших приёмных родителей, упало с 20% в 2003 году до 17% в 2009, несмотря на заверения министров повысить их шансы на усыновление.

Данные, приведенные министром по делам семьи и детей Эдвардом Тимпсоном на прошлой неделе, появились в тот момент, когда правительство опубликовало новый крупный законопроект, направленный на ускорение процесса усыновления и упразднение правил, ограничивающих усыновление белыми родителями детей черной или смешанной расы.

Член парламента от консерваторов Эндрю Росинделл, который направил парламентский запрос, вскрывший указанные статистические данные, заявил: «Без сомнения, это ужасно,  когда так много детей, находящихся под опекой государства и не имеющих возможности найти себе новую семью. Я надеюсь, что новый закон правительства поможет многим детям найти приёмных родителей и обрести любящее семейное окружение».

Согласно новому закону о семье и детях, окружные советы будут обязаны сократить процесс усыновления потенциальными родителями до нескольких месяцев, вместо прежних двух с половиной лет.

Функции опеки от окружных советов, не сумевших сократить хронические задержки при усыновлении, могут быть переданы другим органам.

Новый закон прекратит практику принятия решения об усыновлении, когда раса, культурное происхождение или язык являлись «существенными и решающими факторами» при размещении ребёнка у приёмных родителей, и остановит социальных работников от содержания детей в органах опеки на основании того, что нельзя найти приёмных родителей той же этнической группы.

Закон также послужит улучшению перспектив по получению образования для детей, находящихся под надзором органов опеки, обязанных назначать «виртуальных» инспекторов, как правило, опытных учителей, для контроля образовательных стандартов в детских домах.

Фотографии:

Данные были опубликованы министром по делам семьи и детей Эдвардом Тимпсоном (справа), после того, как Эндрю Росинделл (слева) направил парламентский запрос

Комментарий читателя:

Я и моя жена являемся жертвами Программы защиты детей, сразу после того как мы прошли комиссию по защите детей. Они ищут любые известные миру предлоги, лишь бы найти в наших действиях решающую ошибку. Я так и чувствую, как они хотят отнять наших мальчиков у их любящих родителей. Это продолжается уже на протяжении 18 месяцев. Чем больше мы следуем их инструкциям, тем больше требований они выдвигают, чтобы найти больше «ошибок». Они представляют нас худшими родителями на земле. Как кто-то сказал —  они выше закона. И они представят белое черным, всё исказив, любую правду. Они как стая волков в овечьих шкурах, готовых разрушить любую семью на своем пути.

soremarca, Саутгемптон, 3/2/2013 5:14

Этой беседой я открываю серию очерков о жизни провинции. Цель этих очерков проста — показать целостную картину жизни российской провинции. Общаясь с различными людьми, в том числе в Москве и других городах, я понял, что многие не представляют реальной жизни и проблем своего народа. Авторитетные и простые люди из русских деревень и провинции без прекрас и тенденциозности, расскажут о том, как они живут, каковы их чаяния, проблемы и радости, как они относятся к процессам в России.

Первый мой собеседник – Владимир – человек самобытный, самодостаточный, с интересной судьбой. У него за плечами служба в глубинной разведке (еще во времена СССР) и подготовка на уровне элитных подразделений армии – диверсантов. Он мастер спорта и бывший тренер по боевому разделу самбо.  А сегодня и уже 35 лет – он пчеловод. У него около 50-ти ульев, свой скромный дом и ухоженный огород. Он много читает, уже давно не смотрит телевизор и не слушает радио – надоела ложь. О новостях узнает, в основном, от соседей, среди которых, вопреки бытующему мнению о «деревенских валенках», много образованных и умных людей. Он изобретатель — на его счету с десяток запатентованных изобретений. Пользуется авторитетом и уважением среди соседей.

Н: Владимир, когда Вы уехали в деревню был еще СССР, а теперь РФ. Какое личное отношение к той и этой стране?

В: Ну что, Советский Союз был единым мощным государством. Только сейчас стал понимать, какая была мощь. Столько лет всё разваливают и распродают, и никак не могут развалить. Ну, перестройка. Перестраивать – не значит делать хорошо. То есть, как в одноименном фильме, Чапаев взял и табуретку разбил – хорошо это или плохо? Конечно, это плохо.

То есть, под словами перестройка, модернизация и прочее, и прочее – везде я вижу пока что развал. Ну ладно, стали единым независимым государством. Но зачем рвать связи? Украина, Белоруссия, Казахстан. Была единая промышленность – всё развалили. Какой смысл? Это и есть перестройка? Это уничтожение, я считаю, а не перестройка. А дальше… Конечно, за державу обидно.

Н: Этот процесс был управляемым?

В: Наверняка — трудно сказать. Если б мы считали, что этим занимались дураки, тогда можно назвать этот процесс случайным. Но если мы считаем, что это делали умные люди, то надо понимать иначе.

Н: Ответ разведчика. И когда был начат этот процесс?

В: Мне сложно судить, потому что я живу в деревне, доступа к информации у меня нет. Но я скажу так – по плодам их узнаете их — это строки из Евангелие. А плоды – мы все знаем, какие они.

Н: Недавно, один авторитетный политик говорил о существенной роли Андропова в создании властной «матрицы», которая существует по сей день, и была создана для борьбы с коммунизмом, с его идеологией.

Ю.В. Андропов

В: Моя мать, а она была хорошо информированным человеком, мне рассказывала про Андропова – умнейший был человек. Например, он мог прочитать текст и потом пересказать любую страницу по памяти. А вот чем он занимался – мы не можем говорить.

Н: Почему?

В: Ну как? А вдруг это не правда? Мнение своё я не могу выдавать за истину.

Н: А Горбачёв? Многие с надеждой и воодушевлением приняли появление в политике этого лидера, думали, наступает развитие, свобода…

В (смеётся): Да. Именно на это все и купились. Наконец, молодой, скоро заживём. Я не знал человека, который его бы не хвалил. А сейчас — не знаю человека, который его бы не ругал.

Когда Горбачёв пришёл к власти, моя мать сказала «это конец». Я тогда не понял, почему она так сказала. А потом она умерла. Через некоторое время наступил на самом деле конец, по крайней мере, Советского Союза. Это очень сложная тема.

На самом деле, простых людей стали обманывать. Почему появились всякие непонятные слова? Бартер. Почему нельзя сказать – обмен. Почему появились слова «оффшорная зона»? То есть отдельные зоны — зоны для грабежа. И много таких слов. Во-первых, русский язык не надо искажать. Хочешь на английском говорить – так говори. А то ведь не умеют говорить, а лишь бы ляпнуть. Ведь эти бабушки все – они не понимали, что творится. На самом деле просто настоящий обман пошёл. Введение в заблуждение. Это один из способов манипуляции сознанием. Создать мутную водичку и в ней ловить рыбку.

Н: Сегодня на Россию и мир наступает постмодерн со своим звериным оскалом, стирая грань между добром и злом, ложью и правдой. А как Вы понимаете, в чём добро и в чём зло?

Штабеля рамок с мёдом в доме Владимира

В: Скажу так. Вот я завёл пчёл. Тружусь, ухаживаю за ними, добываю мёд. Посадил дерево – выросло дерево. Это хорошо. А люди сейчас – рабы информации. Один читает газету – он так думает, другой читает газету – он думает иначе. И спорят, спорят, спорят…  Все они — рабы информации. Как бы не был умён человек, его мозг  не может выдать истину из неверной, а то и умышленно ложной информации. А я смотрю по плодам. Занимаюсь своим делом – вот это правда. Вот у меня огородик, вот у меня пчёлы. Всё это — труд. То есть я за счёт этого и живу.

Н: В последнее время людей труда существенно подвинули «фантикодержатели» всех мастей. Акционеры, банкиры, эффективные менеджеры и так далее. Ваше отношение к этому.

В: Ну так они тоже считают себя людьми труда. И те, кто заседают в правительстве. Другое дело – что они сделали. Где их плоды? Сколько они не заседают, не знаю, зачем им деньги платить, идёт разрушение, и разрушение, и разрушение. А именно производитель то – унижен. Те, кого надо действительно лелеять – он вымирает, производитель. Он — в загоне. Вышел какой-то артист, спел, там, песню, попрыгал – миллионы получают. А на самом деле – шуты. Нормальный человек это уже слушать не может, кто хоть что-то понимает в музыке. С другой стороны рабочий, и кто он рядом с ними?

Я давно разделил общество на «потребляемых» и «потребителей». «Потребляемые» — это производители. А «потребители» – все остальные, кто ничего не производит. Конечно, к ним не отношу учёных, которые работают для настоящей науки. Эти люди – тоже рабочие, только работают они мозгами. Еще медики, учителя, военные и так далее – все они, люди труда.

Н: А что сейчас в ваших краях с сельским хозяйством?

Поля заросли сорным лесом

В: Хожу я по полям – поля заросли сорным лесом. Здесь была раньше пшеница, овёс, рожь, клевер – всё здесь росло, вокруг деревни. В каждой деревне был скотный двор. Началась перестройка – быстренько стали всё это разрушать.

Н: И сколько гектар было засеяно вокруг деревни?

В: Много. Вот только одно это поле было сорок гектар. А так сотни, сотни и сотни. А сейчас всё заросло берёзками, соснами. Это же не секрет.

Н: Думаю, для кого-то секрет. Наши чиновники регулярно отчитываются, об успешном развитии сельского хозяйства.

В: Где-то есть засеянные поля, в Дмитровском районе всё крутится-вертится. Но это – исключения. В Белоруссии – приезжали ребята – говорят, заводы работают. А у нас всё встало. Заводы с научным потенциалом производят какую-то ерунду. Например, Савёловский машиностроительный завод. Делал станки для производства самолётов, космическое оборудование. Литьё на нём было. Всё это в прошлом.

Льняной завод в с. Ильинское Кимрского района

В этих местах выращивали много льна, недалеко льняной завод был. На гербе Кимрского района лён. Он исторически здесь выращивался. Сейчас – пусто. Завод закрылся и развалился, лён никто не сеет. Такая вот модернизация.

Или вот совхоз местный. Скотину всю резать стали. Зачем режете, спрашиваю? Отвечают- кормить нечем. Это как нечем? Кругом поля, выращивай картофель, сено. Говорил с механизаторами – почему ничего не сеете? Удобрений нет, отвечают. С удобрениями проблемы начались ещё при Брежневе. Вот была тема в СССР с вредными нитратами, нитритами. Это же диверсия какая-то. Мы в СССР догнали по производству удобрений США, а у них территория вдвое меньше. Кроме того, у нас бедные земли – глина, песок. То есть мы должны были увеличивать производство удобрений еще раза в четыре.

Н: Вы знаете, что Россия вошла в ВТО? Что депутаты, и сенаторы, и президент проголосовали за ратификацию протокола в 1137 страниц, фактически, вслепую? Официального перевода на русский язык – не было.

В: Знаю, что собирались войти. Что это случившийся факт – впервые слышу. Да и никто здесь не знает об этом. А насчёт перевода, вообще, это меня удивляет. Это как возможно? Да хоть в какой-то самой захудалой азиатской стране такое разве возможно? А в такой стране, в такой ситуации – это допустили. Это надо довести до каждого. И потом, это надо обсуждать, причём не как-то на телевидении, а трибуну дать настоящим специалистам.

Н: Вашими бы устами, да мёд пить. Раскрученные СМИ обсуждают Пусси Райт, шутов и клоунов, а такие темы – запрещены. На телевидении тоже своя тема — петь о том, как всё чудесно.

В: ВТО для России это то же самое, как нормальному, честному человеку сесть играть в карты с бандой шулеров. Не понимаю, не знаю, как там оценили, но мне кажется, что это – ошибка. Мы своё лучшее теряем, а худшее тянем к себе.

Н: А насчёт ювенальной юстиции, знаете, что её собираются внедрить в России? И как относитесь к этому?

В: Как все нормальные люди – плохо. Мы не сможем воспитывать детей.

Н: Почему?

В: Ребёнок стукнет кулаком по столу: «ну-ка все вон из-за стола, подайте мне то, это».  И так далее. Это уже проверено, я знаю много хороших семей, где по двое, по трое детей. Вот, товарищ недавно был. Спрашиваю – наказываете детей. Отвечает – конечно, надо наказывать. Это же разумно. Надо понять, кто кому обязан. И так у нас детей избаловали, всё для ребёночка, для ребёночка. Он растёт и понимает, что он тут главный. А ювенальная юстиция – ещё этого не хватало. Тем более, сейчас такой разврат, если дать ребёнку это в руки – добра не будет.

Н: То есть считаете, что установка – права детей приоритетны – разрушительна?

В: Конечно. Без сомнения. Вот если родитель избил ребёнка палкой – это нельзя допускать. Но для этого достаточно существующих законов.

Н: А сейчас система заботится о детях?

В: Избави Бог. Видимость создаётся. Говорят одно – делают другое. А посмотри по фактам – ничего не делается.

Н: Что думаете по поводу серии митингов прошедших в Москве в прошлом и этом году?

В: Народ, конечно, должен выражать протест. Но когда начинается – одних пускать, других – не пускать, про кого-то писать, про кого-то нет — это уже не дело. Помню, когда надо было разваливать Советский Союз, сколько было народу. И по телевизору объявляли, и в метро раздавали листовки. Главное, всё же было подготовлено. Вроде бы стихийно, а на самом деле, хорошо подготовленные лозунги, вожаки групп.

Н: А что думаете по поводу лидеров болотной площади: немцовых, удальцовых, касьяновых, каспаровых?

Каспаров борется за права

В: Здесь история не такая уж далёкая. Когда в России произошла революция — это грозило перерасти в мировую революцию, и тогда в США возглавили эти протесты. И повели народ  туда, куда им нужно. Это способ. Орать вместе с народом о том, чем он не доволен. Возглавить и повести, куда народу не надо. Главное, в своих воплях показать, что ты «за державу» — и тебе поверят.

А насчёт проблем и протеста. Ехал не так давно в автобусе, разговорился с женщиной. Она на пенсии – ездит на работу в Москву, медсестрой, что ли. Ситуация интересная. Вот уж действительно, воспитали рабов. Она живёт в посёлке. Коммунальные услуги 5500 рублей, а пенсия 5000 рублей. То есть еще 500 рублей она должна доплачивать, денег не хватает. Вот и вынуждена, будучи на пенсии, ездить на работу. Как же такая сумма получилась? А дело вот в чём. Взял какой-то ухарь все коммуникации в частные руки и дерёт, сколько захочет. И нет на него управы. Людям деваться некуда – платят. А где же все эти власти, администрация, куда смотрят чиновники? Это же – издевательство, смех сквозь слёзы. Разве такое возможно было при Советском Союзе? И это ведь не единичный случай.

Н: А есть ли люди в деревне, которые могли бы поднять сельское хозяйство?

В: Есть, но мало. Им столько по рукам давали, что никто не хочет браться за дело. Но если бы у людей появилась надежда. Когда была приватизация – этим людям ничего не давали. Пьяни всякой выделяли по двадцать га земли, а им нет. Почему так? Опять случайность?

В деревне есть люди трудолюбивые, у них и скотина и огород, такие никогда не будут воровать, а с другой стороны, сейчас растёт целый класс, который не работает, а на чужом горбу хотят в рай въехать.

Вообще, мне кажется, если бы была у государства идеология возрождения, а у народа вера, что его не обманут, то люди бы нашлись.

Н: Судя по всему, Вы считаете, что Россия идёт, мягко говоря – не туда, политика в ней проводится антинародная. Видите ли Вы путь, по которому Россия может выйти с обрыва над бездной и начать развиваться?

В: Ну, не совсем так. Это я немного разозлился. А верить надо всегда. Но для этого нужна правдивая информация. СМИ, которые будут эту информацию транслировать. Но они, к сожалению, не в тех руках и лгут. Они должны быть в руках реальных русских патриотов. Да и Православию нужен свой канал, оно сейчас в каком-то загоне, рассказывают про них, не знаю что. Православие может объединить народ, поэтому на него сейчас  так и набросились. Единения русского народа элитные круги боятся больше всего.

Н: Ну и в заключении, вопрос по вашей профессии. Недавно в Москве, в результате конфликта между русским студентом Иваном Агафоновым и чемпионом мира по боевому самбо Расулом Мирзаевым произошёл конфликт, в результате которого, чемпион ударил студента. Иван умер в больнице через несколько дней. Что Вы, как мастер спорта и тренер по боевому самбо, можете сказать по этому поводу?

В: Правильно говорить – боевой раздел самбо. Не слышал об этой истории, а значит, оценок дать не могу. Скажу так, нам было категорически запрещено применять свои профессиональные навыки и умения в быту по любым основаниям. Боевой раздел самбо ориентирован на ликвидацию врага. Это оружие.

Беседу провёл Никита Волк