7 сентября Председатель КНР Си Цзинпин выступил в Астане с предложениями новой модели крупномасштабного сотрудничества  стран Евразии — новому Шёлковому пути.

Приводим аналитический комментарий информационного агентства Синьхуа:

Более 2100 лет назад Чжан Цянь, посланник династии Хань, открыл Великий шелковый путь на западные земли, после чего караваны верблюдов, груженные цветным шелком и изысканными изделиями из фарфора, проложили торговый и культурный маршрут, соединяющий Европу и Азию, Запад и Восток. В наше время древний Шелковый путь обрел новую силу и облик.

7 сентября председатель КНР Си Цзиньпин, находившийся в Казахстане с визитом, в ходе выступления в Назарбаев Университете впервые предложил странам Евразии применить новую модель сотрудничества и общими усилиями сформировать экономический коридор шелкового пути, путем наращивания политических контактов, строительства единой дорожной сети, торговых связей, валютных потоков и народных контактов создать новую архитектонику крупномасштабного сотрудничества в регионе.

За последние 20 лет отношения Китая со странами Евразии получили быстрое развитие. Мерное звучание колокольчиков на шеях верблюдов и дороги, проложенные сквозь палящие пустыни и горные перевалы, постепенно превратились в развитые сети железных и автомобильных дорог, нефте- и газопроводы, линии электропередачи. По Шелковому пути перемещаются не только тонкий шелк, драгоценные камни и пряности, но и множество товаров, свободные ресурсы и капитал.

Совместное строительство экономического коридора Шелкового пути ориентировано на содействие развитию путем сотрудничества. Население стран этого района насчитывает 3 млрд человек, поэтому масштабы и потенциал их рынков — уникальны. При этом экономики стран Евразии отличаются большой взаимной дополняемостью и огромным пространством для сотрудничества. Строительство экономического коридора Шелкового пути поможет этим странам превратить людские, ресурсные, рыночные и технические возможности в реальные преимущества развития, увеличить свою открытость и нарастить сотрудничество.

Совместное строительство экономического коридора Шелкового пути направлено на укрепление стабильности путем развития. Евразия занимает особое и важное место на мировой политической и экономической карте, а также является одним из регионов, где активно действуют «три силы зла» и организованная преступность. Поэтому строительство гармоничного региона вечного мира и совместного процветания уже стало консенсусом всех стран региона.

Отметим, что за прошедшие 10 лет объем торговли Китая со странами Центральной, Западной и Южной Азии вырос с 25,4 млрд долларов до 370 млрд долларов, годичный прирост этого показателя составил 30,8 проц. Совместное строительство экономического коридора Шелкового пути будет оказывать поддержку стратегии полномасштабного освоения западных районов Китая. Проведение Китаем более активной политики открытости и расширение открытости Западу создаст новые источники увеличения его внешней торговли и инвестиций.

Совместное строительство экономического коридора Шелкового пути не только отвечает тенденции ускорения интеграции мировой экономики и бурного развития регионального сотрудничества, но и отражает процесс постепенного перемещения центра глобальной экономики на Восток и коллективного подъема развивающихся стран. После финансового кризиса, начавшегося в 2008 году, развивающиеся страны стали одним из главных локомотивов мировой экономики. На этом фоне совместное строительство будет способствовать экономической интеграции евразийского региона.

Как и в свое время шелковый путь, современный экономический коридор Шелкового пути соединяет почти все человеческие цивилизации. По словам Си Цзиньпина, более чем 2000-летняя история показывает, что страны с разными нациями, разными религиями и культурными традициями могут жить в мире и согласии, добиваясь совместного развития, если будут руководствоваться духом солидарности и взаимодоверия, равноправия и взаимной выгоды, инклюзивности и взаимного заимствования, а также сотрудничества во имя взаимной выгоды.

Экономический коридор Шелкового пути как новая модель сотрудничества евразийских народов поможет воссоздать блестящие достижения их предков и станет большим делом, которое принесет благо всему региону.

Андрей Девятов, полковник ГРУ

Информационная работа стратегической разведки отличается от науки политологии тем, что аналитики сосредоточивают внимание на том, что есть, что сказано и растиражировано СМИ, тогда как солдаты войны смыслов должны дать оценку тому, чего нет, что не сказано и о чем умалчивают комментаторы от политологии. А ведь полнота видения, целостность картины и адекватность выводов процессам бытия складывается из того, что есть и того, чего НЕТ.

Так вот, председатель Си в своей важной речи о политике Китая в Центральной Азии, нацеленной на формирование новой модели отношений в экономической зоне вдоль возрожденного Шелкового пути, ничего не сказал о тихоокеанстве. Ни разу не упомянул США. Умолчал о великой китайской мечте с отмщением Западу, Японии и России за вековой позор Опиумных войн, зверства и притеснения японцев и унизительную «желтороссию» вдоль трассы КВЖД. А, главное, обошел молчанием такую опасность миру и стабильности в регионе Центральной Азии, как «тюркско-исламская весна». Суть – пробуждение обездоленных народных масс и распространение управляемого Западом хаоса «арабской весны» с Северной Африки и Ближнего Востока на страны ЦА и Синьцзян. И нависшую угрозу «оранжевой революции» как бунт разбогатевшего среднего класса почувствовавшего вкус демократических свобод и прав отдельного человека против традиционных для Востока интересов солидарного общества и государственного регулирования общественной жизни.

В чем же корень проблемы возрождения инфраструктуры Шелкового пути в ракурсе тихоокеанской политики Китая? А дело тут в том, что между берегами Тихого океана под защитой морской мощи США существует извечная свобода мореплавания, тогда как сухопутные пути сообщения Китая с Азией и Европой ограничены транспортными коридорами, разделены границами государств с пунктами пропуска и таможнями. И именно свобода мореплавания по курсу реформ и открытости Дэн Сяопина обеспечила расцвет специальных зон развития приморских провинций Китая, а затем и зон свободной торговли со странами тихоокеанского региона.

Тогда как в пределах территории стран ШОС на сухопутных путях подачи сырья и топлива на китайскую фабрику XXI века сотрудничество поныне ограничено в основном заботами о борьбе с террористами, экстремистами, сепаратистами и наркоторговцами.

Образцом же свободы безопасного и беспошлинного перемещения товаров по сухопутным путям между Тихим океаном, Каспием, Средиземноморьем и Балтикой была Великая империя Чингисхана. Возрождение которой в форме Клятвенного Союза семьи народов не западных цивилизаций позволит грозной силой подавления беспорядков и распространением просвещения и добродетели обеспечить великое спокойствие совместного процветания: тайпин.

Что касается перспектив «тюркско-исламской весны» и в целом экстремизма «огненного ислама», то из грозной силы хаоса они могут стать союзниками совместного процветания Китая и стран ЦА. Ибо в своей концептуальной основе пробуждение ислама направлено против присущей Западу бездушной тирании римского права, сугубого материализма, эгоизма, гедонизма, безудержной роскоши и торжества закона об однополых браках. А тому, как использовать традицию в целях интеграции разнородных сил, нужно учиться у Ленина настоящим образом. Когда перед молодой советской властью встала задача привлечения на свою сторону мусульман народов Востока, великий вождь мирового пролетариата Ленин подарил среднеазиатским народам российской империи мусульманскую святыню – подлинную копию первого Корана Усмана (Османа). И тогда в этом символе мусульманские народы Востока сердцем различили советскую власть, как власть от Неба.

Серебряную копию Корана Усмана в 2012г. президент Казахстана Назарбаев подарил мусульманам своей страны, и тем закрепил в народе свой статус Вождя-Отца. Золотая копия Корана Усмана, как символ единой судьбы народов Шелкового пути, ждет своего часа.

Вопрос возможной дестабилизации обстановки в КНР и странах ЦА инструментами оранжевой революции среднего класса можно сопоставить с опиумной войной в современных условиях. В XIX веке Запад добивался своих колониальных целей в Китае опиумом. Курение завозимого опиума лишало китайцев воли, приучало к грезам дурмана, отучало людей много и честно трудится, а из государства на Запад вытягивалась основа финансов – золото.

В XXI веке к грезам благополучия из ничего китайцев приучили высокие зарплаты нового опиума для народа – экспансии в Китай финансового капитала Запада в форме бумажного доллара США. Так, китайцы, имеющие дар к спекулятивному доходу и «мастера бизнес администрации» (МВА) получившие образование западного типа обогатились, не производя никаких натуральных стоимостей. От легких денег они расслабились и потеряли волю много и честно трудиться. А из народной республики за зелёные бумажки USD для благополучия «золотого миллиарда» вытягивались натуральные стоимости изделий промышленности и продукции сельского хозяйства, произведенные трудом китайских рабочих и крестьян.

Теперь же в перспективе великой китайской мечты укрепления порядка социализма с китайской спецификой средний класс в КНР стал объектом манипуляции грезами дурмана западной демократии и прав человека. Лекарством же от этих грез может стать серьезная и обстоятельная работа по вскрытию экономических механизмов одурманивания простодушных людей опиумом легких денег. И обоснованию вины за скорую потерю этих денег под ударами очередных волн финансового кризиса, полностью ложащейся на модель долговой экономики Запада.

А поскольку в своем отечестве пророки не в чести, поскольку народ больше доверяет не внутренней пропаганде, но сведениям со стороны. Под эгидой проекта возрождения Великого Шелкового пути необходимо срочно создать компактный неформальный консультативный механизм регулярного обмена мнениями групп экспертов по концептуальным вопросам политики, экономики, этики и культуры. Оценки которых со стратегической высоты и в масштабе глобализации могли бы стать несокрушимым оружием правды против нового опиума для народа.

Успех же проекта возрождения Великого Шелкового пути и будет морально-психологическим отмщением империалистам за столетие притеснений и полуколониального позора. Станет зримым притягательным образцом иначе возможного праведного в этике и справедливого в наказаниях и милостях власти общежития стран и народов не западных цивилизаций.

Источник

Андрей Иванов, Сергей Ищенко

После ухода американцев из Афганистана южная граница России может превратиться в линию огня

Как сообщила газета «КоммерсантЪ», представители НАТО обратились к России по военно-дипломатическим каналам с неофициальной просьбой поделиться опытом вывода советских войск из Афганистана. Международные силы должны покинуть эту страну в 2014 году. Это обстоятельство вызывает тревогу не только у командования НАТО, но и у нашей страны. Будущее Афганистана и сопредельных государств сейчас активно обсуждается на различных встречах между представителями России и республик Центральной Азии.

В частности, вывод натовских военных из Афганистана обсуждали 16 апреля президенты РФ Владимир Путин и Узбекистана Ислам Каримов.

Похоже, что руководство нашей страны не исключает весьма серьезных военно-политических осложнений на афганском направлении сразу после того, как войска НАТО покинут эту страну. Вблизи рубежей этой беспокойной страны решено уже сегодня приступить к созданию мощной авиационной группировки. Причем эта группировка станет коалиционной. Об этом заявил Генеральный секретарь Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) генерал Николай Бордюжа.

Таким образом, в составе ОДКБ, в которую до сей поры входили исключительно сухопутные подразделения Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии, России и Таджикистана, впервые появится собственная боевая авиация. По словам Бордюжи, истребители Су-27 и штурмовики Су-25 будут базироваться на нынешней российской 999-й авиабазе Кант в Киргизии. Чьи это будут боевые машины? Еще не определено, какая страна-член ОДКБ и сколько самолетов выделит. Что Россия – это понятно. Кроме нее в состоянии существенно пополнить аэродром в Канте разве что Белоруссия и Казахстан, военно-воздушные силы которых представляют собой внушительную силу.

Для чего и против кого посадят на аэродром в Канте истребители и штурмовики коалиции? Сам Бордюжа ответ сформулировал так: «Главная задача создаваемого воздушного подразделения – поддержка с воздуха действий сухопутных частей миротворческих сил, особенно в горной местности, против террористических группировок». Но вот по чьей земле станут наносить удары с воздуха?

И вот здесь самое интересное: чтобы попасть под российские, белорусские или казахстанские бомбы, афганским талибам, возможно, не обязательно будет покидать пределы собственной страны. Тот же Бордюжа ранее неоднократно заявлял, что Афганистан давно пора включить в сферу ответственности ОДКБ. В качестве первого шага, официальному Кабулу, наряду с Сербией, предоставлен статус наблюдателя в парламентской ассамблее этой организации.

Тогда легко прогнозируется такой сценарий: сразу после ухода НАТО из Афганистана натиск банд исламистов на режим Хамида Карзая резко усилится. Чтобы не быть публично повешенным, как это в 1996 году случилось с советским ставленником Наджибуллой, брошенный Западом Карзай обратится за помощью к северным соседям. Вот тут и пригодятся штурмовики и истребители Бордюжи. Не будет ли это означать для России втягивая во вторую афганскую?..

События последних лет говорят о том, что в республиках Центральной Азии постепенно усиливаются радикальные настроения. Различные исламистские группировки в Таджикистане, Узбекистане и Киргизии растут как грибы после дождя. Многие из них уже успели поучаствовать не в одном конфликте. В том числе, в Афганистане и Сирии. Даже в считавшемся всегда светском Казахстане за последние два года произошло более десяти терактов. Правоохранительные органы этой страны ликвидировали несколько банд так называемых «солдат Халифата».

– Мне давно понятно, что после ухода сил НАТО вместо них в Афганистане будем воевать мы. И уже не в Афганистане, а в Центральной Азии, – говорит руководитель аналитического отдела Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. – Будем воевать с талибами и различными группировками исламистских боевиков. В Таджикистане, потом – в Киргизии. Возможно, даже и в Казахстане, что было бы совсем неприятно, но что совершенно не исключено.

«СП»: – Есть ли предпосылки для подобных конфликтов? Пока в республиках Центральной Азии достаточно светские режимы, а Казахстан с Афганистаном вообще не граничит.

– Исламистский экстремизм распространяется независимо от границ. Предпосылок же множество. И светские государства тут не причем. В странах Центральной Азии очень плохая социально-экономическая обстановка, что само по себе способствует радикализации людей.

«СП»: – Недовольство жизнью не всегда выливается в радикальные религиозные течения. Есть пример борьбы курдов. Там руководящей силой сопротивления стала Курдская рабочая партия, заявляющая о себе как о марксистской.

– Сравнение некорректное. У курдов идет борьба за национальное освобождение. Тем более, курды борются с исламскими государствами.

«СП»: – Но разве для жителей Центральной Азии более привлекательна модель Афганистана, нежели цивилизованных светских государств?

– Но исламистский экстремизм существует. Хотя везде люди хотят получать образование и нормально жить. Но многие именно ислам считают выходом из того положения, в котором находятся. В этом, в значительной степени, и состоит природа исламистского экстремизма.

«СП»: – Если, как вы говорите, нам придется воевать, то будут ли у нас союзники?

– Союзниками будут нынешние режимы. Против них и будут вестись гражданские войны. Ведь это будет не вторжение талибов в классическом военном смысле. Это будет проникновение исламистских экстремистов, действующих диверсионно-террористическими и идеологическими методами.

«СП»: – Многие страны Центральной Азии состоят в ОДКБ, хотя Узбекистан недавно вышел оттуда. Эта организация сможет сыграть свою роль в возможном противостоянии?

– С формальной точки зрения, механизмы ОДКБ и будут использоваться. Что касается выхода Узбекистана, то нельзя пока сказать, как это скажется на позициях режима Ислама Каримова. Ведь возможности ОДКБ пока не очевидны. Но в любом случае, это – проблема самого Каримова.

«СП»: – Возможный конфликт в Центральной Азии будет иметь влияние на ситуацию на Северном Кавказе?

– Географически Кавказ далеко, поэтому прямой связи пока не вижу.

Президент Академии геополитических проблем Леонид Ивашов не считает вывод сил НАТО из Афганистана трагическим событием и предлагает свои методы решения проблемы обустройства Афганистана и Центральной Азии:

– Для начала надо дать оценку деятельности так называемых международных сил. Движение Талибан окрепло и совершает сегодня крупномасштабные теракты и против военных НАТО, и против правительства Афганистана. Объем наркотрафика из этой страны увеличился многократно. Результат у международных сил отрицательный.

Поэтому вывод войск не приведет к серьезному перелому. Но если бросить Афганистан в нынешнем состоянии, то там может быть всё что угодно. Можно ждать и терактов в Центральной Азии, и работы талибов с радикальными структурами республик, и попыток проникнуть в горные районы Китая, и в районы Индии.

Поэтому Афганистан бросать нельзя. Его надо втягивать в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС). Совместными действиями соседей Афганистана его необходимо выводить на нормальный уровень развития. (СССР после ввода войск в Афганистан в 1979 году строил там школы и больницы, развивал экономику страны, отрывал афганское население от средневекового образа жизни. И только коллективными усилиями США, их союзников по НАТО, Пакистана и других исламских режимов, а также предательства горбачевским режимом афганского руководства тех лет, удалось развязать войну против СССР, свергнуть светский режим президента Наджибуллы и отбросить Афганистан назад, в Средневековье, в Контрмодерн. – прим. Редакции ИБ Сталинград).

Надо сказать, что вряд ли европейцы и американцы мечтали о повышении уровня образования и культуры афганского населения, о развитии инфраструктуры в этой стране. Они решали свои задачи. Поэтому бояться вывода войск не стоит. Но нужно работать. ШОС и ОДКБ должны стать основными организациями по нормализации обстановки в Афганистане.

«СП»: – У России и республик Центральной Азии достаточно сил, чтобы принести народу Афганистана образование, культуру и привлекательный проект развития?

– Сил достаточно. Интеллекта у нас хватает. Другое дело, что он рассеян и не востребован. Его надо концентрировать. Прежде всего, у себя. Развивать образование, науку, культуру нужно и в России. С добрыми намерениями надо идти и в Афганистан, а не с попытками что-то захватить или подавить.

«СП»: – Есть опыт советского времени. Народ Афганистана радовался новым школам, а потом взялся за оружие.

– Это не совсем так. Народ там до сих пор с теплом вспоминает школы, больницы, учебники, шурави (советских солдат – СП). А за оружие взялся не народ. Господа Бжезинский и Киссинджер подробно описали, сколько было потрачено средств для дискредитации советской помощи и создания структур вроде Талибана. Народ же помнит добро. К сожалению, сейчас он вынужден бороться за выживание. А те, кому идут деньги, сегодня тормозят развитие.

Это в интересах Запада, чтобы на Востоке люди не развивались и не потребляли ресурсы, а продолжали жить в диком состоянии. Еще лучше, чтобы они воевали между собой и с соседями. Эта цель очевидна. Мы это видим и на Ближнем Востоке, и в Латинской Америке, и в Центральной Азии.

«СП»: – Есть ли у обществ Таджикистана, Узбекистана, Киргизии и Казахстана внутренний стержень, чтобы противостоять пропаганде радикализма?

– Примитивный радикализм и попытки подменить государство религиозными институтами распространяются там, где падает уровень культуры и образования. И главное, где нет объединяющей общество идеи. Мы это видим сегодня и в России, и в более явном виде в Центральной Азии. Нужна четкая светская идеология, развитие науки, образования. Тогда пещерный радикализм не найдет своей среды для размножения.

Живущий в столице Киргизии политолог Александр Князев замечает, что решающую роль в возможных конфликтах будет играть не уход натовских войск из Афганистана, а деятельность спецслужб иностранных государств:

– Деятельность радикальных организаций имеет причины внутренние (идеологические, социально-экономические, политические) и внешние. Ни одна террористическая структура не работает без поддержки спецслужб того или иного государства. Террористы в Центральной Азии подконтрольны спецслужбам Пакистана, арабских стран, Турции, государств Запада.

Распространение радикальных течений будет зависеть от поведения правительств стран Центральной Азии. Если они будут идти на встречу пожеланиям западной коалиции, будут размещать на своей территории военные контингенты НАТО, то это будет одна степень активности радикалов. Если будут сопротивляться этому, будут более тесно сотрудничать с ОДКБ, то радикалы будут более активными.

(Запад во главе с США после ухода войск НАТО из Афганистана получит «экономию ресурсов» и освобождение своих вооруженных сил для агрессий на других направлениях, например в Сирии и Иране. Одновременно НАТО и их сателлиты намерены активно воздействовать на ситуацию в Средней и Центральной Азии в своих интересах и с меньшими затратами, в том числе для разжигания нестабильности и ее экспорта в Китай, Россию и Индию.  – Прим. Редакции ИБ СТАЛИНГРАД).

«СП»: – К какому методу борьбы с плохим социально-экономическим положением склоняются жители Киргизии?

– Массовой поддержки радикалов в стране однозначно не будет. Недавно в Киргизии был случай с вербовкой 15 наемников для участия в войне на стороне боевиков в Сирии. Но это единичный случай. Большой поддержки не будет ни на Севере, ни на Юге Киргизии. Радикальная религиозная идеология не укоренилась в обществе. Но усиление подобных настроений может произойти из-за слабой работы государства. Но это не произойдет в течение двух-трех лет.

«СП»: – Возможный конфликт будет носить характер отдельных очагов?

– Да, возможны отдельные террористические акты. Но есть еще опасность провоцирования межэтнического конфликта на Юге страны.

«СП»: – Получается, что могут использовать не одну идеологию, к примеру, халифата, а самые разные, лишь бы посеять хаос?

– Именно так. Есть концепция управляемого хаоса, которая уже реализуется здесь. Халифат же для жителей Киргизии весьма абстрактная вещь. Может и есть несколько человек, которые осмысленно принимают для себя эту идею. Но в целом людям нужна нормальная перспектива завтрашнего дня.

«СП»: – Есть ли в Киргизии силы, которые предлагают светские проекты развития?

– В Киргизии партийное строительство и создание цивилизованных политических институтов находится в зачаточном состоянии, в гораздо менее развитом, чем в России. По числу зарегистрированных политических партий Киргизия лидер в СНГ, их более 300. Но они очень похожи друг на друга по идеологии. Это партии конкретных лидеров, зачастую они носят региональный характер. Привлекательной для большинства идеологии у них нет.

Есть только попытки формирования довольно агрессивной националистической идеологии. Но пока она тоже не проявляет себя ярко, только в публикациях отдельных журналистов. Националистов пока трудно назвать оформленным движением. Поэтому опасность появления радикальной идеологии серьезная.

«СП»: – Может ли Россия повлиять на ситуацию, предложить Киргизии какую-нибудь альтернативу?

– Такие попытки уже предпринимаются. Разработана дорожная карта по вступлению Киргизии в Таможенный союз. Это процесс не скорый, быстрое вступление только усугубит и без того сложное экономическое положение. Есть активизация по линии ОДКБ: недавно у нас прошло выездное заседание этой организации. Есть соглашение о военной помощи, но это уже на случай совсем плохого сценария.

В гуманитарной сфере тоже проводится работа по линии Россотрудничества и фонда «Русский мир». Но на этом направлении влияние России слабое. Подарки в виде учебников или открытие культурного центра слабо влияют на ситуацию. Так называемая «мягкая сила» со стороны России малоэффективна.

«СП»: – Запад проводит свою работу в Киргизии на идеологическом направлении?

– Да, он такую работу ведет. К примеру, на западе страны есть Баткенская область. Очень малонаселенная, там всего не более 200 тысяч человек, живущих в отдаленных селах. Но только по линии одной организации «Корпус мира» там работает около 70 волонтеров. В целом, активность западных структур просто ошеломляет. Особенно на конфликтогенном Юге.

Что касается пакистанских организаций, то они тоже связаны с Западом. К примеру, партия Хизб ут-Тахрир главный офис имеет в Лондоне, а региональный – в пакистанском Лахоре. Это, кстати, организация, имеющая сильное влияние на Юге. Ее нельзя назвать очень радикальной, но она представляет собой хорошую школу по подготовке мобилизационного ресурса для более серьезных организаций.

Эксперт по Центральной Азии, главный редактор портала «Фергана.Ру» Даниил Кислов (либеральный оппозиционер властям Узбекистана, проживает в Москве – прим. Редакции ИБ СТАЛИНГРАД) вооруженные конфликты в регионе считает весьма вероятными. Но мало связанными с деятельностью зарубежных сил:

– С уходом коалиционных сил из Афганистана, на мой взгляд, в республиках Центральной Азии ничего не изменится. Хуже, чем сегодня ситуация с наркоторговлей не будет. Объем наркотиков, который идет через Таджикистан, Узбекистан и Киргизию достиг своего пика, такого еще никогда не было.

Что касается экспорта радикальных религиозных течений из Афганистана, то это тоже маловероятно. Такой серьезной угрозы нет. Амударья уже более 200 лет обозначает границу между культурами. Севернее всегда были территории, больше тяготеющие к российской и европейской культуре. Афганистан отстал от них очень сильно. Менталитет у людей по обе стороны реки очень разный, даже ислам разный. Поэтому не может быть, чтобы волна радикализма просто перешла границу и захлестнула Центральную Азию.

Но почему об этой угрозе постоянно говорят? Преимущественно это делают эксперты при власти центрально-азиатских республик. Властям выгодно нагнетать обстановку. Немного ранее они говорили, что американцы приходят бомбить очередное исламское государство, и это – плохо. Теперь они говорят, что плохо – это уход американцев.

На самом деле, власти просто пытаются получить ото всех преференции. От США, от России, от Китая, от всех партнеров по ШОС и ОДКБ, от НАТО. Они просят, чтобы все гарантировали их безопасность. То есть, их режимам. Они понимают, что любая угроза в регионе – это, прежде всего, угроза для власти. А нынешние политические системы окончательно деградировали, погрязли в коррупции. И именно эти режимы представляют главную угрозу для проживающих в регионе народов. Угрозы для режимов внутри стран намного выше, чем те, что исходят из Афганистана.

«СП»: – Насколько велики угрозы, исходящие от желания Запада посеять хаос?

– Если бы американцы хотели посеять смуту в этом регионе, то они бы это сделали еще в 2001 году. Тогда провластные политологи называли большой угрозой базу в Манасе. Потом в Киргизии случилась революция, потом – еще одна. Вроде бы те политологи оказались правы. Но никто из них не может признаться, что все эти режимы загнили до такой меры, что даже вспышки вооруженного протеста возможны без вмешательства сил извне.

Политологи правы, что вспышки народного гнева будут. Но они начнутся не потому, что ими управляет Запад, а по причине внутренней ситуации.

«СП»: – Насколько люди в Центральной Азии восприимчивы к радикальному исламизму?

– На фоне действия властей исламизация может быть даже прогрессивной. (Господин либеральный комментатор Даниил Кислов разве не понимает, что исламизация Средней Азии в условиях конфронтации исламских экстремистов и светских властей будет не чем иным, как установлением власти вооруженных исламистов? И вместо стабильности и процветания народов Средней Азии она принесет им суды шариата, клерикализацию всей жизни и зависимость от исласистских центров и стран? Впрочем, вероятно он все понимает и действует в русле курса США на создание и расширении очага нестабильности для Китая, России и Индии. – Прим. Редакции ИБ СТАЛИНГРАД). Власти вроде бы светские, но подавляют любое проявление инакомыслия. Любое проявление независимого ислама, любую оппозицию, любую прессу. В Центральной Азии нет свободы слова, не соблюдаются права человека, не распределяются справедливо ресурсы. Ислам – это просто одна из организующих народный протест сил. Ни в одной республике власть за 20 лет палец о палец не ударила, чтобы наладить диалог с обществом, с тем же исламом. Его загнали в угол и потом хотят от него миролюбия. Появление экстремистов – это плод усилий Каримова или Рахмона. Афганистан тут ни при чем. На Северном Кавказе мы видим похожее. Развращенные коррумпированные элиты получают там вооруженный протест. Я ни в коем случае не оправдываю боевиков, но все мины под власть закладываются ей самой.

«СП»: – Что может сделать Россия для недопущения вооруженных конфликтов в Центральной Азии?

– Падение режимов, которое произойдет в ближайшее время, будет нести хаос народам республик. Нам необходимо помнить, что любой узбек-гастарбайтер в России больше симпатизирует нашей стране, русскому цивилизационному культурному пространству, нежели идеям исламистского радикализма. Надо использовать эту тягу народов республик к России. Жители Центральной Азии еще помнят СССР, в подавляющем большинстве говорят еще на русском языке. И не надо разочаровывать народы излишними реверансами в адрес нынешних режимов. Я имею в виду нынешние режимы в Узбекистане, Таджикистане, Туркмении, Казахстане и в Киргизии.

Источник